Много букв, но очень интересно! — прим. ТС.

Это не совсем праздничная статья о весьма странных «героях», объявленных нравственными в современной России ориентирами и образцами для подражания. Но поскольку Солженицын сознательно очернял происходившее во время Великой Отечественной войны, позволим себе и мы немного задеть его

Есть такой отвратительный мем «победобесие». Этот мем объявляет священный для нашего народа праздник Победы «бесовством». Данное представление либералы пытаются навязать нам уже не одно десятилетие, еще с советских времен.

Развал СССР позволил о многом рассуждать откровенно. И в 1995 году, на 50-летие Победы, «нравственный ориентир» либералов Солженицын рассказал в своем выступлении, что в ходе «советско-германской войны» (отметим, что так называют войну те, кто не хотят признать ее «Великой Отечественной») советское руководство бессмысленно положило слишком много жертв. А потому в этот день следует лишь скорбеть и поминать усопших.

Ну, а чего еще можно было ждать от автора, постоянно обсуждавшего в своих произведениях тему Великой Отечественной войны не иначе как через тему репрессий, — так, как будто и не воевали вовсе, а лишь сажали да бросали в топку сражений миллионы — и при этом настойчиво обелявшего бандеровцев и власовцев? Мысль о нормальности предательства Родины и превращения в нацистских шестерок Солженицын проводил прямо-таки настойчиво. Так, он заявлял в «Архипелаге ГУЛАГ»: «Но сверх дымящейся каши в призывах вербовщика был призрак свободы и настоящей жизни — куда бы ни звал он! В батальоны Власова. В казачьи полки Краснова. В трудовые батальоны — бетонировать будущий Атлантический вал. В норвежские фиорды. В ливийские пески. В „hiwi“ — Нilfswilligе — добровольных помощников немецкого вермахта (12 hiwi было в каждой немецкой роте). Наконец, еще — в деревенских полицаев, гоняться и ловить партизан (от которых Родина тоже откажется от многих). Куда б ни звал он, куда угодно — только б тут не подыхать, как забытая скотина». Действительно, если «нормально» за тарелку каши стать шестеркой (а эта мысль для «нравственного ориентира» тоже сквозная), то почему бы не стать шестеркой у немцев? И выгодней, и заодно ненавистный СССР поможешь прикончить.

Возникает вопрос: а что делал сам Александр Исаевич, когда шла война?

Сначала два слова о том, кем был перед началом войны Солженицын. В 1936 году он поступил на физико-математический факультет Ростовского государственного университета, который с отличием окончил в 1941 году. Самостоятельно, по собственной инициативе, дополнительно изучал марксизм-ленинизм. С 1939 года учился также на заочном отделении факультета литературы Института философии, литературы и истории в Москве.

Образование по тем временам было, скажем так, нерядовое. В РГУ его рекомендовали в аспирантуру с прицелом на преподавание.

Началась война. Солженицына не призвали. Его друзей, например Виткевича, призвали практически немедленно. А вот его — не призвали. Почему?

Свидетельствует его первая жена, Н. А. Решетовская, в своей книге «В споре со временем», изданной в 1975 году: «Вдруг диктор (радио в комнате включено) предлагает послушать важное правительственное сообщение… Что это? Неясное и тревожное предчувствие чего-то значительного…

Война… Война с Германией!

Многие студенты МИФЛИ записываются добровольцами. Санин военный билет остался в Ростове. Мобилизован он может быть только там. Надо ехать! Он должен проситься в артиллерию. Но не помешает ли ему его „ограниченная годность“?»

Зафиксируем, что Солженицын не пошел записываться добровольцем. Люди тогда рвались на фронт, прибегая к разным ухищрениям. Добровольцами записывались как подростки, добавляя себе лишние годы, так и профессора, никогда не имевшие отношения к армии и не получившие в свое время военного билета.

Далее дело обстояло так:

«Вернувшись в Ростов, муж поспешил в военкомат. Его порыв сдержали. Предложили ждать.

Почти все выпускники университета были вскоре мобилизованы и посланы в военные училища. В их числе был и самый большой наш общий друг Николай Виткевич — «Кока».

Других послали в военные училища учиться на офицеров. А почему «сдержали» порыв Солженицына? Потому что, как сообщает в своей книге Решетовская, у него была «ограниченная годность». Откуда она взялась? А. Н. Островский в книге «Солженицын. Прощание с мифом» приводит свидетельство той же Решетовской, данное в интервью журналистке Е. Афанасьевой и опубликованное в ростовской газете «Комсомолец» в 1990 году. Вот цитата из его книги:

«Отметив, что факт «ограниченной годности» ее мужа к военной службе удостоверяла имевшаяся у него на руках справка, Н. А. Решетовская сказала: «Он даже немного постарался получить эту справку, боялся, что в мирное время военная служба повредит осуществлению планов. А тут война».

«Немного постарался» означает только одно: «ограниченная годность» к военной службе была не следствием расстройства «нервной системы», а результатом стараний самого сталинского стипендиата.

Когда я обратился к Наталье Алексеевне с вопросом, в чем именно заключались эти «старания», она объяснила, что, опасаясь призыва в армию, ее муж обратился за помощью к Лиде Ежерец, отец которой, будучи врачом, помог А. И. Солженицыну получить освобождение от военной службы. При этом Наталья Алексеевна пояснила, что к подобной «хитрости» Александр Исаевич прибег только для того, чтобы иметь возможность закончить университет».

Чем же Солженицын официально страдал? Как рассказала Решетовская, он, оказывается, в детстве был очень нервным и реагировал на любые замечания преподавателей, друзей и знакомых неадекватно, вплоть до падения в обморок. Что заставляло собеседников идти ему навстречу по любым вопросам, лишь бы не спровоцировать «припадок». Кстати, шрам на лбу он получил именно так: «Но как-то преподаватель истории Бершадский начал читать Сане нотацию, и Саня действительно упал в обморок, ударился о парту и рассек себе лоб».

Вот почему, по всей видимости, Солженицына и не призвали в армию в Ростове в июне 1941 года. Не «сдержали порыв», а просто не пошли против медицинской справки, которую тот не постеснялся предъявить.

Что произошло дальше? Солженицын, окончивший университет с отличием, не остается в вузе, а уезжает (вместе с Решетовской) в город Морозовск и устраивается в школу учителем. Дела на фронте становятся всё серьезнее и справка явно не помогает. Точнее, помогает лишь частично. Его призывают уже в Морозовске — «18 октября 1941 г. — Солженицын А. И. мобилизован Морозовским Райвоенкоматом. Зачислен рядовым в 74-й Отдельный Гужтранспортный батальон (ОГТБ), подчиненный штабу Сталинградского В О, расквартированный в Ново-Анненском районе Сталинградской области». Справка явно помогла и тут. Ведь получить направление «водителем кобылы» математик с высшим образованием мог исключительно по причине ограничения по здоровью. Обратите внимание — Ново-Анненский район Сталинградской области находится северо-западнее Сталинграда.

«Водителем кобылы» Солженицын служит до марта 1942 года, когда вдруг получает направление в артиллерийское училище. История с получением направления также крайне невнятная. Как возчик в гужбате мог получить направление из штаба Сталинградского военного округа? Где он, а где штаб? Разве что кто-то ему сильно в этом помог. Думается, что получение путевки в артиллерийское училище было личной инициативой Солженицына. Ведь нахождение возчиком в 74-м гужбате, расположенном на северо-западе от Сталинграда весной 1942 года, очевидно становилось очень опасным. Гужбат мог оказаться и на передовой.

О своей учебе в училище Солженицын вспоминал так:

«Постоянно в училище мы были голодны, высматривали, где бы тяпнуть лишний кусок, ревниво друг за другом следили — кто словчил. Больше всего боялись не доучиться до кубиков (слали недоучившихся под Сталинград). А учили нас — как молодых зверей: чтоб обозлить больше, чтоб нам потом отыграться на ком-то хотелось. Мы не высыпались — так после отбоя могли заставить в одиночку (под команду сержанта) строевой ходить — это в наказание. Или ночью поднимали весь взвод и строили вокруг одного нечищенного сапога: вот! он, подлец, будет сейчас чистить и пока не до блеска — будете все стоять. И в страстном ожидании кубарей мы отрабатывали тигриную офицерскую походку и металлический голос команд».

А. Н. Островский комментирует данный отрывок в своей книге:

«Делая эту зарисовку, Александр Исаевич не отделял себя от общей массы курсантов и, употребляя понятие «мы», имел в виду и себя. Это значит, он тоже «высматривал, где бы тяпнуть лишний кусок», «ревниво» следил за теми, «кто словчил», «больше всего боялся не доучиться до кубиков» и оказаться «под Сталинградом». И если выделялся из общей массы, то только тем, что был «лучшим учеником» и «в страстном ожидании кубарей» успешнее отрабатывал «тигриную офицерскую походку и металлический голос».

У меня же иное мнение. Солженицын употребляет местоимение «мы» именно для того, чтобы распространить свои неблаговидные мысли и поступки на всех окружающих, показать, что и им были присущи его безнравственность и обыденная для него подлость.

По окончании обучения, 1 ноября 1942 года, Солженицыну присвоили звание лейтенанта и направили в 9-й Запасной разведывательный артиллерийский полк, расквартированный в то время в городе Саранске Мордовской АССР.

5 декабря 1942 года, по прибытии в Саранск, Солженицын был назначен командиром батареи звуковой разведки 794-го ОАРАД (Отдельного Армейского Разведывательного Артиллерийского Дивизиона). Обратите внимание на слово «отдельный». Это значит, что командир дивизиона обладал весьма значительной самостоятельностью. Запомним данное обстоятельство.

Как Солженицын умудрился выучиться на артиллерийского разведчика и получить направление в разведывательный, именно разведывательный, полк — неведомо. Но то, что он умудрился, это факт. И чем больше я его и о нем читаю, тем больше убеждаюсь, что он был очень целеустремленным человеком. Целеустремленным в первую очередь в отношении своей личной безопасности.

19 ноября 1942 года закончилась оборона Сталинграда. Началось наступление Красной Армии в рамках операции «Уран». Проучившись в училище семь месяцев, Солженицын закономерно удачно избежал участия в одном из самых кровопролитных сражений Великой Отечественной войны.

Комбат А. Солженицын и командир артиллерийского разведдивизиона Е. Пшеченко. Февраль 1943 года



Солженицын на войне: линия наименьшего риска, или Бывали и такие «герои»

54-летний Брайан Моррис из небольшого города Кларендон-Хиллз в округе Дюпадж купил более 20 000 тонн навоза и попросил свалить его на лужайке бывшего босса, притворившись, что это его резиденция.
Утром около 6:00 появилась дюжина грузовиков с навозом, и они начали сбрасывать свой вонючий груз по лужайке.
Джордж Фитцджеральд, бывший работодатель г-на Морриса, был разбужен звуком техники и быстро вызвал полицию.
К сожалению, полиции потребовалось более 15 минут, чтобы прибыть на место, и более 10 000 тонн навоза были уже сброшены.
Брайан Моррис стоял прямо через улицу и смеялся, когда прибыла полиция, он признал свою ответственность и объяснил свои мотивы.

Лейтенант Фрэнк Мейерс, представитель полицейского департамента Кларендон-Хиллз, встретился с прессой через несколько часов, чтобы объяснить мотивы этого странного преступления.
«Обвиняемый сказал нам, что он работал на Джорджа Фитцджеральда в течение 17 лет тот и относился к нему, как к дерьму. Он говорил, что ему пришлось терпеть его жестокое обращение, потому что ему нужны были деньги, но теперь, когда он выиграл 125 миллионов долларов, пришло время мести «.

Брайан Моррис привлек большое внимание средств массовой информации две недели назад, выиграв 125 миллионов долларов в многогосударственной лотерее Powerball.
Когда организаторы спросили его, что он будет делать с деньгами, он ответил: «Просто следите за новостями, вы всё увидите».
Брайан Моррис был освобожден под залог через несколько часов после его ареста и он сказал журналистам «оставаться начеку», утверждая, что у него есть ещё «несколько других шалостей на следующие несколько недель».

источник



Умеют же люди веселиться!

Живем в коммуналке на четыре семьи. Только парочки без малых детей. Все нормальные люди, никто не бедствует. Но есть одна соседка дикий скупердяй: уж очень она любит экономить на всём, попользоваться чужим ей только за радость. Ругаться надоело, не помогает совершенно. Решил отучить.

Екатерина Винокурова о детях элиты, справедливости и социальном взрыве

Дмитрий Патрушев, сын ближайшего соратника Владимира Путина — Николая Патрушева, назначен министром сельского хозяйства. Короткая биография: 22-летнего Патрушева сразу после института взяли в Министерство транспорта, а потом он стал вице-президентом ВТБ, после чего работал в совете директоров ОАО «Россельхозбанка». Потому что сын.

В последние годы известия об очередном назначении детей элиты на те или иные высокие должности никого не удивляет. Советы директоров банков, ответственные за крупные госконтракты, молодые топ-менеджеры госкорпораций… В ответ на любые вопросы о целесообразности попыток возрождения в России сословно-феодальной передачи власти мы обычно слышим простой ответ: «В Америке точно так же есть кланы Кеннеди, Клинтонов и так далее». Более того, все чаще мы слышим, что передача власти по наследству деткам высокопоставленных чиновников — часть платы за стабилизацию общества и чуть ли не попытка взрастить новую аристократию.

Тут стоит заметить, что в ответ на все это в США совсем недавно выбрали кандидата, выступавшего как представителя антиистеблишмента — Дональда Трампа. Кроме того, на одного птенца гнезда Хиллари все-таки придется хоть один, да Барак Обама. В России такого расклада нет и близко.

via



«Это путь к социальной и политической катастрофе». Дети элиты во власти

Бессонница — вот истинная чума 21-го века. Спасибо стрессам и обилию информационных раздражителей. Казалось бы, вполне безобидное недосыпание гарантировано «садит» все системы организма и быстро снижает качество жизни. Дайте ему только время. Хотя, нет, лучше принять меры прямо сегодня. И первый шаг к спокойному сну — поставить поближе к кровати одно из этих комнатных растений.

«За многие годы общения с девушками я вывел несколько простых правил, чего им не стоит делать после секса. И точно знаю, что другие мужчины их подтвердят», — утверждает журналист, писатель и сценарист Алексей Беляков, рассуждая о фразах, которые женщинам не стоит произносить в присутствии мужчины. Особенно после секса. Особенно если у вас на него далеко идущие планы. «Мужчины — не только нежные, а еще и не слишком сложные существа. Одним словом можно убить их страсть», — предупреждает Алексей. Приводим текст автора в его первозданном великолепии.

Рыба — еда вкусная и полезная, но мелкие кости вполне могут доставить массу проблем. Многим знакомо это неприятное ощущение, когда косточка застревает в горле: мы расскажем, как ее вытащить и чего делать нельзя ни в коем случае.

Со времён Древнего Египта до наших дней миллионы рабынь жили и умерли безымянными для истории. Их жизнь им не принадлежала, их тела им не принадлежали и уж тем более им не принадлежали их имена, их переименовывали так же легко, как прогулочную лодку. Тем ярче истории тех немногих, кто остался в памяти человечества чем-то большим, чем предмет купли и продажи, двуногий скот, бесправная собственность.

Сегодня унитазы с полочкой встречаются гораздо реже, чем без неё. В Советском же Союзе подавляющее большинство унитазов эту нужную на самом деле деталь имели, если можно так выразиться, поголовно. Где же располагалась эта полочка и для чего она была предназначена?

Многие считают актерскую карьеру легкой до неприличия — лимузины, личные гримеры, перелеты по всему миру… Мало кто задумывается о том, что съемки в серьезных фильмах требуют от артиста полной самоотдачи, выматывают и истощают. Жизнь этих артистов, сыгравших значимые роли в известных картинах, после них изменилась до неузнаваемости.